Суффле

Вы не слышали о королевстве Пимпрелен! Ну как же, было такое! Правил им до того глупый, до того легковерный король, что другого такого не сыскать. Иногда он ездил на охоту, иногда на рыбалку, но самым большим для него удовольствием были поездки к родственнику по имени Корнанкю, за которого была выдана замуж молочная сестра короля.
Дело в том, что этот Корнанкю был очень ловким человеком, большим мастером на выдумки. Когда король приходил к нему в гости, Корнанкю придумывал такое, что все вокруг были в восторге!

Конечно, и сам выдумщик не оставался в накладе: денежки выманивал у короля немалые. Тратили они их с женой направо и налево, совершенно не заботясь о завтрашнем дне. Да и чего беспокоиться? Как наполнить опустевший карман, они знали отлично.

И вдруг король женился! Высватал дочку соседнего короля и сыграл свадьбу. Уж как не хотела невеста идти замуж в королевство Пимпрелен, да пошла! Очень уж было богато королевство Пимпрелен! Да и размером вдвое больше королевства её родителей.

Вскоре молодая королева заболела чёрной меланхолией: бледнела и худела прямо на глазах.

Вызвал король самых искусных лекарей своего королевства. Осмотрели они больную и заявили: так и так, мол, не можем ручаться за её жизнь, если никто не сумеет рассмешить королеву или хотя бы заставить её улыбнуться.

Начал король устраивать праздники, танцы, комедии — всё напрасно. Королева по-прежнему была грустна. Объявил король, что тот человек, который придумает забаву и эта забава рассмешит королеву, получит большую награду. Но даже неистощимый на выдумку Корнанкю был бессилен. Только один — единственный раз скривила королева губы в улыбке, и всё.

Однако уже и это обрадовало короля. Всё чаще и чаще стал он наведываться к хитрому родственнику, справляться: не придумал ли тот чего — либо нового?

И вот однажды, когда Корнанкю сидел у очага и караулил суп, чтобы тот не выкипел, увидел он в окошко, что едет король. Не долго думая, схватил он ведро с водой и залил огонь. Обжигая пальцы, сгрёб раскалённые угли, головешки и выкинул их в окно. Потом снял котелок с дымящимся супом и поставил его на пол посреди комнаты. Сам сел рядом с котелком и давай что есть силы стегать его кнутом.

За этим занятием и застал его король.

— Что это ты делаешь? — спросил он.

— Государь, я таким способом варю суп.

И в самом деле: из — под крышки котелка так и валил пар. По кухне разносился приятный аромат варёных овощей.

— Ты варишь суп без огня? — удивился король. — Как это так?

— Нет ничего проще, — улыбнулся Корнанкю. — Я колочу по котелку вот этим кнутом — и через пять минут суп готов. Меня научила этому моя крёстная, умевшая чуточку колдовать. И котелок этот она мне подарила и кнут. Только сегодня я хлестнул кнутом слишком сильно и обжёг себе пальцы!.. Да вот и суп готов!

— Ну и чудеса! — воскликнул король.

— Государь, я вас не отпущу, пока вы не отведаете моего супа, — ответил ему находчивый пройдоха.

Король съел полторы миски супа и не мог им нахвалиться.

— Вот разве чуточку горяч, — заметил он, кладя ложку. И тут же решил: надо это чудо показать королеве. Наверняка оно позабавит её.

— Слушай, Корнанкю, продай мне этот котелок и кнут, — встал из — за стола король. — Сколько ты за них просишь?

— Государь… Ваше величество… Ни за что на свете я не согласился бы расстаться с этими вещами. Они для меня вдвойне священны. Но… ради такого доброго короля, как вы, в память о ваших милостях в прошлом и в надежде на ваши милости в будущем я всё же уступлю вам кнут и котелок. Наполните этот котелок золотыми монетами — и он ваш. Вместе с кнутом в придачу.

— По рукам, Корнанкю! — обрадовался король.

Во дворец он вернулся весёлым, сияющим. Ещё бы: так дёшево купил диковинку, о которой никто в мире, поди, и не слышал!

Кнут и котелок поместили в Большой гостиной, которую называли ещё Золотой. Всё в ней было из золота. Начиная от балок на потолке и до плиток пола — всё было золотое. Обои были вытканы из золотых нитей. Кресла (и, разумеется, трон) были золотыми. Камин — тоже. Щипцы для углей — золотые. А больше всего бросались в глаза мехи для раздувания огня в камине: на одной их стороне сияло сделанное из алмазов солнце, на другой — выложенные из драгоценных камней луна и звёзды.

В эту — то великолепную гостиную и были приглашены королева, её фрейлины, министры, придворные, камергеры! Главный повар уже приготовил всё, что положено для супа.

— Сейчас вы увидите самое великое в мире чудо! — обратился к собравшимся король. — Перед вами котёл. Сейчас я буду стегать его вот этим кнутом — и через пять минут суп будет готов.

Сбросив с себя обвешанный орденами камзол, положив корону на круглый столик, король засучил рукава сорочки — и ну нахлёстывать котёл!

Нарядные фрейлины, министры с портфелями под мышкой, толпа придворных и даже повара — все, затаив дыхание, не сводили глаз с котелка. Королеву же начал разбирать смех. Да и было с чего: её царственный супруг, взлохмаченный, вспотевший от стараний, с лицом красным, как петушиный гребень, был действительно смешон!

Пять минут уже миновало, а котёл как был холодным, так и оставался. Тут уж даже глупый король догадался, что он обманут. Ну и разгневался же король!

— Привести сюда Корнанкю! — закричал он. — В тюрьму его! Несчастный, он оскорбил моё величество! Повесить! Повесить Корнанкю!

Король поднял такой крик, что придворных как ветром сдуло. Но в тот момент, когда король уже начал хрипеть от крика, к нему подбежали придворные лекари и радостно сообщили:

— Ваше величество! Ваше величество! Королева смеялась! Она и сейчас ещё смеётся! Королева поправилась! Извольте пойти взглянуть. Оповестите королевство, что королева выздоровела!

Да тут и сама королева вошла в гостиную.

— Государь, — сказала она. — Я себя превосходно чувствую. Там привели под конвоем бедного Корнанкю. Заклинаю вас: помилуйте его. Только ему одному я обязана своим выздоровлением. И чтобы поправиться окончательно, он мне необходим каждый день. Сделайте его нашим придворным шутом!

Король велел привести Корнанкю.

— Я тебя прощаю, Корнанкю, — сказал король. — И назначаю придворным шутом. Однако чтобы никому неповадно было оскорблять моё величество, ты должен понести наказание. И вот какое… Ты получишь суффле! — С этими словами король отпустил Корнанкю такую оплеуху, что у бедняги искры из глаз посыпались (а чтобы вы не удивлялись, заметим: « суффле » — это как раз и есть « оплеуха », только по -французски). Корнанкю перевёл дыхание и сказал:

— Ваше величество, большое спасибо за дарованную мне милость и за честь, которую вы мне оказываете. А вот явилась и моя жена. Бедняжка вся в слезах. Она думает, что меня повесят, и не ведает о всех ваших наградах. Позвольте мне показать ей мою щёку, на которой отпечатались пять ваших царственных пальцев. Пусть полюбуется на честь, оказанную мне вашим величеством. И для того, чтобы это осталось нам на вечную память, разрешите, государь, и мне дать ей суффле.

— Согласен, — сказал король. — Но только не так сильно. Не забудь, что она моя молочная сестра.

— Охотно, государь, — поклонился Корнанкю. — Изящное маленькое суффле.

С этими словами Корнанкю подошёл к камину, взял драгоценные мехи и отдал их жене (тут опять же надо заметить, что во французском языке слово « мехи » звучит точно так же, как « пощёчина », — « суффле »).

Королю до того понравилась находчивость Корнанкю, что он тут же разжаловал его из придворных шутов и назначил первым министром! Говорят, это пошло на пользу королевству Пимпрелен.



Оставьте комментарий